«Итак, приходит Он в город Самарийский, называемый Сихарь... Там был колодезь Иаковлев... Иисус, утрудившись от пути, сел у колодязя. Приходит женщина из Самарии почерпнуть воды…» Ин 4
Средина дня, песок, жара,
Как в печке воздух, не вздохнуть.
Иисус, в дороге быв с утра,
Сел у колодца отдохнуть.
Но вот из города Сихарь
По воду женщина пришла.
Из этого колодца встарь
Иаков напоял стада.
Иисус сказал ей: «Дай Мне пить»,
Чем очень удивил ее.
«Со мной как можешь говорить,
Ведь мы же племя не Твоё?!»
Иисус ответил: «Если б ты
Узнала б, Кто сказал «дай пить»,
То стала бы сама просить
И дал бы Он живой воды»
А женщина в ответ Ему:
«Гляди, колодец ведь глубок,
Тебе же нечем почерпнуть,
И как бы воду дать Ты смог?»
Иисус сказал: «С колодца если
Воды напьется человек,
Возжаждет вновь и вновь, конечно,
Я жажду ж утолю вовек».
Своим слепым плотским умом
Она представила родник,
И говорит: «Дай же испить,
Чтоб мне черпать не приходить!»
И говорит Иисус ей вновь:
«В дом, женщина, сейчас пойди,
Своего мужа извести,
Веди его сюда с собой»,
Мысль пронеслась: «Кто Он такой?»
И всколыхнулась души муть.
Но в сердце вдруг пришел покой:
«Ведь мне Его не обмануть!»
«Нет мужа у меня сейчас».
Иисус сказал ей в тот же час:
«Да, пятеро их было уж,
А тот, что есть – тебе не муж».
«Да Ты, о Господи, Пророк!
Скажи же истину Ты мне,
Мы Бога чтим на сей горе.
Где правильно? Мне невдомек».
«Отец есть Дух, и потому
Кто в духе к истине склонил
Свой ум, и сердце кто открыл –
Лишь те поклонники Ему»
«Ответь же мне еще, Пророк,
Я знаю, что придет Христос,
И жду, чтоб правду Он принес,
Надеюсь, что ответит Бог».
Тогда Иисус ей говорит:
«Вот Я, что говорю с тобой.
Ты сердце Мне свое открой,
Пусть мир и святость там царит».
Тотчас, оставив водонос,
Пустилась женщина скорей
Бежать, и звать с собой людей:
«Пойдемте, может там Христос?!
Всё про меня Он рассказал,
О том, что было в жизни сей!»
И поспешили все за ней,
И каждый Бога повстречал.
Мой друг, мой брат, моя сестра!
Ведь самарянка эта – ты,
И я, и он – все, кто любя,
Ответил на Христа призыв.
Тебе и мне Он рассказал
Всю жизнь и наши все грехи,
И нам прощенье даровал --
Сейчас шаги наши легки.
И пусть благословит нас Бог,
Как самарянка, весть нести,
Всю правду людям возвестить,
Чтобы Христос и им помог!
Не только чтобы с наших слов,
Но слово Божье услыхали,
Избавились бы от оков
И Господу Хвалу воздали.
Борисова Виктория,
Северодонецк, Украина
Приветствую вас. Мне 44года. В январе 2003 г покаялась в церкви ЕХБ "Путь спасения" г Северодонецка. В августе приняла крещение. Несу служение директора воскресной школы и служение с подростками. Замужем. Трое детей: Никита - 19 лет, Маша - 16 лет, Тимофей - 5 лет. e-mail автора:Valerika_2010@mail.ru
Прочитано 9231 раз. Голосов 2. Средняя оценка: 5
Дорогие читатели! Не скупитесь на ваши отзывы,
замечания, рецензии, пожелания авторам. И не забудьте дать
оценку произведению, которое вы прочитали - это помогает авторам
совершенствовать свои творческие способности
Проза : Реальность - Андрей Скворцов Я специально не уточняю в самом начале кто именно "он", жил. Лес жил своей внутренней жизнью под кистью и в воображении мастера. И мастер жил каждой травинкой, и тёплым лучом своего мира. Их жизнь была в единстве и гармонии. Это просто была ЖИЗНЬ. Ни та, ни эта, просто жизнь в некой иной для нас реальности. Эта жизнь была за тонкой гранью воображения художника, и, пока он находился внутри, она была реальна и осязаема. Даже мы, читая описание леса, если имеем достаточно воображения и эмоциональности можем проникнуть на мгновение за эту грань.
История в своём завершении забывает об этой жизни. Её будто и не было. Она испарилась под взглядом оценщика картин и превратилась в работу. Мастер не мог возвратиться не к работе, - он не мог вернуть прежнее присутствие жизни. Смерть произвёл СУД. Мастер превратился в оценщика подобно тому, как жизнь и гармония с Богом были нарушены в Эдеме посредством суда. Адам и Ева действительно умерли в тот самый день, когда "открылись глаза их". Непослушание не было причиной грехопадения. Суд стал причиной непослушания.
И ещё одна грань того же. В этой истории описывается надмение. Надмение не как характеристика, а как глагол. Как выход из единства и гармонии, и постановка себя над и вне оцениваемого объекта. Надмение и суд есть сущность грехопадения!
